Adult Search

Якутский республиканский комитет

Коммунистической партии Российской Федерации

Адрес: Республика Саха (Якутия),
г. Якутск, ул. Октябрьская, дом 3
Телефон: +7 (411) 23-66-151
Электропочта: mgm_2004@mail.ru

Главные

события

классовой

борьбы

Красный Первомай в Якутии: «Хватит терпеть!»
Будем достойными наследниками Победы!

 

От случая к случаю хожу на перевязку. Здесь я впервые увидел партизан: и стар, и млад одеты в разные одежды, козырьки шапок перевязаны красными лоскутками. Им раздали военную форму, а затем, как и нас, распределили по формированиям. В нашу группу попали всего несколько человек.

483490_original.jpg

В один прекрасный день, где-то в середине марта, раздали сухой паек и стали собирать в дорогу. Мы радуемся предстоящему отъезду. Здесь и кормят плохо, а главное, и днем, и ночью заставляют проходить тяжелые военные учения.

Кое-как забрали в битком набитые грузовые машины и в скором времени прибыли на железнодорожную станцию. Не дав передохнуть, нас пересадили на поезд.

Проехав чуть более суток, на одном из железнодорожных станций, не знаю на какой, в кромешной темноте попали под беспощадную немецкую бомбардировку. Как бывает в таких случаях, на одном дыхании все ринулись в лес. Дальше двигались своим ходом, ночуя в сооруженных на скорую руку еловых шалашах.

Как-то во время обеда парни сообщили любопытную новость: “Здесь, оказывается, есть твой земляк-командир. Тебе бы с ним встретиться, поговорить”. Я не придал этому значения: “Откуда ему взяться, обознались, наверное...” На том и порешили.

Однажды по какой-то надобности обходя окрестности речки, заметил того самого командира, на которого указывали парни. Любопытство взяло верх над робостью и я окликнул на якутском: “Эн сахагын дуо?” (“Ты якут?”). Он, обернувшись вполоборота, как бы нехотя выдавил из себя: “Из Якутии”. “Ханнык оройуонтан сылдьагын?” (“А из какого района?”). Мое сердце, истосковавшееся по родной сторонке и близким, встрепыхнулось от неожиданности. “Из Сунтар”, — опять последовала русская речь.  

Я почувствовал некий холодок, исходивший от собеседника, который резко подавил переполнявшую меня радость, и не стал дальше его расспрашивать. Впоследствии узнал, что он командует нашей частью и должен нас, солдат, доставить на фронт.

Обидно, конечно, но что ж с земляка возьмешь, раз он такой высокомерный? Зато командир отделения у меня попался славный парень, служивший в дивизионной разведке. Он родом из Сибири. Мой тезка. Надо признаться, память у меня на фамилии чертовски слабая. Да к тому же она у него какая-то замысловатая, трудновыговариваемая.

 regnum_picture_148712604585487_normal.jpg

Я вступил в комсомол

Мой новый друг, надо отдать должное, обладал особым даром убеждения. Как-то раз вечером он сагитировал меня вступить в комсомол. Не откладывая дело в долгий ящик, оба тут же написали заявления и отнесли комсоргу, обустроившемуся в еловом шалаше. Через несколько дней нашу просьбу удовлетворили и вручили комсомольские билеты.

За все то время, которое провели вместе, Петя уговаривает: “Надо, чтобы тебя со мной вместе определили в разведку”. “Я побаиваюсь, да к тому же не потяну на разведку — по-русски плохо изъясняюсь”, — пытаюсь отнекиваться. “В разведке нужны такие, как ты, сильные и смелые ребята”, — пытаясь подействовать на самолюбие, расхваливает меня. Раньше я бывал на нескольких заданиях, связанных с разведкой, и во время обороны воочию видел, как разведчики, рискую жизнью, почти каждую ночь уходили на задание и, как правило, возвращались не все. Одним словом, очень опасное дело эта разведка. Видя, что я не поддаюсь уговорам, тезка, исчерпав свой словарный запас, стал заманивать тем, что в разведке кормежка хорошая.

...Нас привели в часть, расположенную в самой                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              глубине леса. Не дав отдохнуть, принялись комплектовать новые формирования. Расспросив, кто в какой части ранее служил, первым делом набрали разведчиков. Петя еще раз попытался уговорить идти в разведку, но я упрямо стоял на своем, ведь только в минометном деле, как говорится, собаку съел.

Но мне не повезло. Все расчеты 120-миллиметрового орудия оказались переполненными. Я совсем было опустил руки, как неожиданно улыбнулась фортуна. “А ты в качестве кого работал при 120-миллиметровом миномете?” — спросил незнакомый старший лейтенант. Узнав, что я достаточно опытный наводчик и второй номер, лейтенант похлопал меня по плечу и сказал: “Ничего, не расстраивайся, иди к нам. 82-миллиметровый миномет от прежнего особо ничем не отличается”. Другого выбора не было, пришлось согласиться. Так, я попал во второй батальон 131 Гвардейского полка 45 дивизии Ленинградского фронта 42 армии.

Обустраиваясь на новом месте, незаметно перезнакомился с сослуживцами, правда, не со всеми. Командира взвода, младшего лейтенанта, зовут Николай Коновалов, а командира первого расчета — Алексей Матвеев. Командир нашего второго расчета Таланкин примерно одного возраста со мной, а первый номер Баишев и старшина Чипироев — намного старше. Кроме меня и вечно чем-то недовольного узбека Кадырова, все — русские.

Бой в направлении города Нарвы

Кажись, в середине апреля мы вступили в бой в направлении города Нарвы. Вдали виднеются красные кирпичные дома. Река Нарва, катящая свои воды через город, оказывается, впадает в Нарвскую губу Финского залива Балтийского моря, куда мы и продвигаемся. В этом сражении понесли большие потери: многие погибли, получили тяжелые ранения. Погиб командир роты. К сожалению, не знаю, как его величали. Вообще, на фронте всех по именам не упомнишь. Обычно обращаешься друг к другу по званию.

После Ленинградской обороны думал, что и на этом месте постоим долгое время. Но вскоре нас заменила другая часть. Как объяснили ребята, наш корпус, сформированный в апреле 1943 года в составе управления и трех Гвардейских дивизий — 45-й, 63-й и 64-й, отличившихся в боях по прорыву блокады Ленинграда, имеет почетное звание “Гвардейский” (командир — Герой Советского Союза генерал-лейтенант Николай Симоняк), потому, нанося по врагу сокрушительные удары, отступает.

В тылу опять стали обустраиваться. Смертельно усталые, кое-как вырыли землянку и только собрались было отдохнуть, как получили приказ: — “Участвовать в Первомайском параде”. Подготовка к нему чуть ли не довела до белого каления. В параде участвовали в составе 30-го Гвардейского стрелкового корпуса под командованием Симоняка.