Информация о материале

Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ

Категория: В России

Создано: 21 сентября 2013

Александр Графодатский, доктор биологических наук, профессор, заведующий отделом Института молекулярной и клеточной биологии СО РАН

Итак, вслед за отменой последовательной череды часовых поясов нашей многочасовой страны, физиологии человека (промилле) и еще многих других очевидных сущностей, нам объявили, что в России отменяется также наука. От дамы, скорбно закатившей глаза при описании в Госдуме неисчислимых бед, которые приносят России ученые самим фактом своего существования, мы услышали о якобы 193-м месте Российской академии наук в рейтинге журнала Nature. Это, дескать, и послужило последней каплей, потребовавшей от наших властей решительных действий в отношении самой неэффективной организации страны. Другую цифру из этого рейтинга, говорящую о том, что Россия сохранила своё место в числе первых 25 научно развитых стран, прежде всего, благодаря работам ученых РАН, печальники о нашей науке почему-то не заметили. Да и наше место на самом деле в этом рейтинге 101-е, а не 193-е. Впрочем, это и не столь важно,  так как реформаторов все равно не остановило бы даже первое место. Давайте разберемся. Nature Publishing Group (NPG) издает 112 журналов, большей частью по биомедицинской тематике, а не по всем отраслям науки. Несколько лет назад там стали составлять свой рейтинг стран и организаций, публикующихся в этих журналах. Так вот, в 2012 г. российские ученые опубликовали в NPG 41 статью, из них 21 статья — ученых РАН. На самом деле таких статей было 34, так как в ряде публикаций авторы указали свои институты, упустив, однако, или указав «криво» их принадлежность к РАН. Анализ данных Web of Science показывает постоянный рост числа публикаций в NPG ученых РАН: от 15 - в 2000 г., до 34 - в 2012-м. Много это или мало? И 15, и 34 мало, но по каким критериям это оценивать! Ближе всего мне биология, на ней и остановимся. В прошлом году РАН получила 58,8 млрд. рублей, из них примерно 8,82 млн. пошло на биологию.  В журналах NPG за 2012 год было опубликовано 18 статей ученых  РАН по биологической тематике. Таким образом, условные затраты государства, приведенные для возможности относительного их сопоставления к одной биологической статье, опубликованной  в NPG, составили 434 тысячи рублей. Чудовищная сумма, очевидно требующая привлечения к ответственности за нецелевое использование или перерасход бюджетных средств. Конечно, можно ссылаться на то, что у нас реактивы и приборы в 1,5-3 раза дороже, чем у зарубежных коллег, что любой химикат у них в шаговой или суточной доступности, а у нас — закон о госзакупках и родная таможня. Но все это нас не оправдывает, и в тоже время не всё так однозначно. Возьмем для сравнения научные организации других стран, структурой и численностью сопоставимых с Биологическим отделением РАН, и финансируемых, в основном, их правительствами. Ассоциация биомедицинских центров имени Гельмгольца в Германии имеет годовой бюджет 3,4 млрд. евро (примерно143 млрд. рублей), ее сотрудниками опубликовано в 2012 г. в журналах NPG 130 статей. Получается, что приведенная «стоимость» одной публикации превышает миллиард рублей! Годовой бюджет Национального института здоровья США, также финансируемого государством, составляет 26,4 млрд. долларов (более 820 млрд. рублей), опубликовано в NPG в том же году 143 статьи, приведенная «стоимость» статьи еще больше - свыше 5 миллиардов рублей! Выводы, казалось бы, очевидны, и удивляет, почему молчат Меркель и Обама, абсолютно не обеспокоенные «чудовищной неэффективностью» своей науки по сравнению с РАН. Может быть, в их странах нет таких лакомых академических «кусочков», как на Ленинском проспекте в Москве, либо в 30 км от Новосибирска, или у Байкала, и не водится множество таких мудрых и честных министров и губернаторов, как у нас? На этом можно было бы и закончить, если бы я сам не был сторонником кардинальных изменений в нашей академии. Они требовались еще  вчера. Но действия нашего правительства и заявленные им преобразования  явно направлены в противоположную сторону. В частности, спрашивается, зачем тратить первоначально обещанные полмиллиарда рублей в год на циничный подкуп членов академий, чтобы они не сопротивлялись «реформе»? Если уж так печетесь о развитии отечественной науки, отдайте эти деньги на ставки молодым ученым.  Тогда 1,5-2 тысячи новых ставок сняли бы кадровую удавку с шеи институтов, затянувшуюся  в результате сокращений в РАН, проведенных правительством пять лет назад. Либо организуйте на эти деньги доплаты заслуженным ученым при освобождении ими ставок для молодых. Так нет же, делается ровно то, что ситуацию с возрастом научных работников только усугубляет. К слову, проявились и консультанты правительства. Среди них оказался исполнительный директор фонда «Центр экономических исследований и распространения экономической информации «Открытая экономика» Константин Киселёв, который поделился с народом, как ему смертельно скучно наблюдать предсказуемую реакцию якобы далеко не самой умной части общества. В числе консультантов значатся также Иван Родионов, профессор Департамента финансов Высшей школы экономики, и еще ректор Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Правительстве РФ Владимир Мау. Последний заявил: «Не стоит обращать внимание на тех академиков, которые после реформы захотят покинуть РАН. Может произойти, что из РАН уйдут академики, но это не страшно...». Господин, похоже, не говоря об этике, не имеет никакого представления о нормальной науке, но смело берется все это преобразовывать. Вот такими интеллектуальными «троечниками» гайдаровского призыва с их детскими представлениями о многом и навязываются стране современные «реформы», в том числе, науки. Но почему этих…, прости Господи, слушают, а, допустим,  академика Георгия Павловича Георгиева — нет? Ведь он предлагал на всех уровнях власти простейший принцип: увеличивать финансирование лишь тем, кто пытается работать на современном уровне. Есть публикации в международных журналах — значит, ты прошел качественную международную экспертизу. И всё, больше никаких безумных затрат на западные рейтинговые агентства. Пока этого было бы достаточно. Вот уже 10 лет мы наблюдаем эффективность именно такого  подхода в программе «Молекулярная и клеточная биология». И наши публикации в NPG — прямое следствие участия в этой программе. В принципе, оценка научной деятельности любого академического учреждения может сводиться к трём показателям: число и состав сотрудников, финансирование, и, главное, публикации с их качественным анализом, и обязательно - по лабораториям. Все остальное — пустое и вредное. Жаль, однако, что именно по пути рейтинговой оценки институтов пошло руководство РАН, за что, отчасти, сейчас мы все и расплачиваемся. Но вернемся к NPG. Повторюсь, что большая часть журналов этой группы относится к биомедицинской тематике, но наши физики опубликовали в 2012 г. в малой «физической» их части 20 статей, то есть больше чем биологи. А всякие мау уверяют нас, что академия ничего не потеряет, если из нее уйдет, например, физик Владимир Евгеньевич  Захаров. Потеряет, однако! У этого ученого всякой «наукометрии», цитирования, хиршей и прочего добра накопилось в несколько раз больше, чем у всей сельскохозяйственной академии за все время ее существования. Но нас с ней сольют, а захаровы уйдут. И настанут у нас тогда времена Золотой Орды, когда мелкие князья будут ездить в ставку к новому хану с дарами за ярлыками, это уж как принято, ну и свой суверенный рейтинг смогут тогда поиметь соразмерный дарам. Разумное объяснение всему затеянному напрашивается одно — замутить при реорганизации новые бюджетные потоки и посадить на них нужных людей. И всё. Деньги, правда, по их меркам мелкие, но и те обидно чтобы тратились непонятно на что, когда можно себе взять. А мы им всё про науку, Петра I,  демократию в РАН…  «Реформа» РАН напоминает действия бандитов, которые умело воспользовались рейтингом Nature как дубинкой, хотят ограбить догола, а пока благородно обещают вернуть трусы, чтобы срам прикрыть, и 20 рублей на автобус впридачу. Уверен, что В.Е.Фортов и А.Л.Асеев всё это прекрасно понимают, но у них мера ответственности другая, и не всё, что имели бы сказать по поводу, они могут себе позволить высказать. На днях мы отправили очередную статью в самый, что ни на есть, NPG-шный журнал. Надеюсь, примут. Но теперь я  сильно, и как выяснилось, оправданно, опасаюсь, что российской науке это принесет только вред. Не было бы статей российских ученых в Natur-ах, жили бы мы гораздо спокойней: нас бы не включали в рейтинги, и не давали бы мы тем самым оружие в руки недругов. И было бы тогда нам тихое кладбищенское счастье, мечта чиновников от науки.

Информация о материале

Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ

Категория: В России

Создано: 21 сентября 2013

Как довести РАН не до «ручки», а до ума Наукой могут управлять только сами ученые, а не чиновники и «эффективные менеджеры» Моисей Гельман, кандидат технических наук Казалось бы, если российскую экономику решено модернизировать, что декларируется вот уже много лет, то необходимо, наконец, задаться аргументированными целями модернизации, разработать соответствующую модель ее развития и сформулировать соответствующие задачи, расписав алгоритмы их решения. Важнейшим фактором модернизации является  создание и внедрение в производство конкурентоспособной продукции на основе использования новейших мировых научных, технологических и технических достижений. Рыночные отношения часто не способствуют этому ввиду больших рисков, в том числе из-за отсутствия предыстории спроса. Поэтому на Западе, как прежде в Советском Союзе, подобные проекты осуществляются при поддержке и координации государства. И у нас во избежание дальнейшего нарастания хаоса в управлении экономикой руководство страны должно начать активно сотрудничать с учеными, промышленниками и предпринимателями в рамках государственно-частного и социального партнерства. Для этого придется обратиться к советскому опыту планирования развития экономики по всей цепочке: «фундаментальные и  прикладные научные исследования – инженерные на их основе разработки новой продукции – внедрение ее в производство». Перспективное планирование, опять же в рамках государственно-частного и социального партнерства, должно быть основано на управлении балансами ресурсов, производства продукции и платежеспособного на нее спроса. Только тогда, «понимая свой интерес» и «зная свой маневр» на длительную перспективу, в том числе на  мировых рынках, бизнесмены станут вкладывать деньги в создание новых производств. Иначе масштабный платежеспособный спрос на научные достижения, чтобы трансформировать их в конкурентоспособную продукцию, не возникнет. Все это требует принципиального изменения экономической политики государства и, соответственно, функций и структуры государственного управления, а также привлечения к руководству наукой и промышленностью компетентных специалистов, которых нынче в правительстве не видно. Поэтому происходит то, что происходит. Провал проектов бессистемного создания «островков инноваций» в Сколково и «Роснано» ничему не научил их инициаторов. На очереди очередная, затеянная келейно, «либеральная реформа» - на сей раз Российской академии наук, которая может привести к окончательному развалу в стране фундаментальных и связанных с ними прикладных научных исследований. Правительственная директива: «раскулачить» и ликвидировать Российская академия наук ввиду разнообразия тематики исследуемых научных проблем, относящихся к множеству различных областей знаний, не вполне соответствует нынешним требованиям, предъявляемым  к организации и координации фундаментальных научных исследований. Что может посоветовать, скажем, академик-историк, член президиума академии, своему коллеге по президиуму, который занимается исследованиями пикосекундных лазеров? Ничего. Ведь времена ученых-энциклопедистов давным-давно миновали. Вместе с тем, нынче значимые научные результаты чаще всего достигаются на пересечениях различных научных дисциплин. Это требует глубокого проникновения ученых в комплексы различных знаний, и компетентной, на этом же уровне, координации междисциплинарных исследований. Многие результаты фундаментальных исследований получают дальнейшее развитие в прикладных научных исследованиях, а затем в инженерных разработках, которые внедряются в промышленное производство. В Советском Союзе научные исследования и инженерные разработки координировались соответствующими подразделениями министерств и ведомств, а комплексную координацию осуществлял  Государственный комитет по науке и технике совместно с  Академией наук СССР. Одними из результатов такой координации можно назвать создание в стране «с нуля» микроэлектронной и микробиологической отраслей промышленности. Сегодня осуществлять подобную координацию нынешние министерства и ведомства не способны по ряду причин, в том числе из-за некомпетентности чиновников. За 20 лет так называемых рыночных реформ фундаментальные и прикладные научные исследования были сведены в стране к мизерному количеству, а научная значимость многих из них существенно снизилась. Произошло это вследствие развала российской экономики, в результате чего исчезла прежняя востребованность научных и инженерных разработок и поэтому значительно сократилось их финансирование.  Тогда значительную часть отраслевых НИИ и КБ в стране ликвидировали, а в оставшихся существенно сократили финансирование и численность работников. Академические институты также лишились множества сотрудников и влачат нищенское существование, вследствие чего немалые площади занимаемых ими зданий высвободились и сдаются в аренду. Казалось бы, власти должны были озаботиться, наконец, плачевным состоянием отечественной науки и реорганизовать управление научными и инженерными исследованиями, учтя при этом печальный опыт Сколково и «Роснано». Однако ничего подобного не произошло. Вместо того чтобы совместно с учеными разработать предложения по реорганизации управления научными исследованиями, правительство по представлению министра образования и науки Д. Ливанова 27 июня этого года приняло решение объединить РАН с двумя другими отраслевыми академиями – сельскохозяйственных и медицинских наук. На их базе намечено создать федеральное государственное бюджетное учреждение «Российская академия наук». Однако объединенная РАН  фактически окажется недееспособной, так как все научные учреждения, ныне подведомственные упомянутым академиям, из их ведения выведут. После правительственного решения в Госдуму поспешно внесли заранее подготовленный проект ФЗ  «О Российской академии наук, реорганизации государственных академий наук и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». И хотя законопроект вызвал широкие протесты научной общественности, тем не менее, Госдума столь же поспешно приняла его в двух чтениях. Спрашивается, насколько правомочны, разумны и эффективны для государства и науки новации, которые правительство скрытно упаковало в законопроект «для служебного пользования», переданный затем в Госдуму без его предварительного, как положено, публичного обсуждения? Если внедрение ЕГЭ отразило ментальность чиновников от образования как игроков в рулетку, то предложенное ими «реформирование» РАН путем слияния трех государственных академий и изъятия у них всех НИИ следует, видимо, рассматривать как стремление этой же публики, опоздавшей к началу дележа государственного пирога, что-то урвать от его еще немалых лакомых остатков. Таковыми являются, в частности, здания и земли, которые находятся сегодня в ведении государственных научных академий и подведомственных им институтов. Аргументы в подтверждение сказанному по причине примитивного правового нигилизма, лукавства и плутовства чиновников, стремящихся к обогащению, лежат на поверхности. Для этого обратимся к упомянутому законопроекту   и сравним его с соответствующей законодательной базой, которая была проигнорирована правительством и Госдумой в безудержном, ничем не обоснованном стремлении к новой коллективизации с «раскулачиванием». Согласно ст. 6 ФЗ «О науке и государственной научно-технической политике» Российская академия наук и отраслевые академии наук  являются самоуправляемыми некоммерческими организациями, которые созданы в форме государственных бюджетных научных учреждений. Они наделяются правами  управления своей деятельностью, владения, пользования, распоряжения имуществом, находящимся в федеральной собственности и принадлежащим им на праве оперативного управления в соответствии с законодательством Российской Федерации и Уставами этих академий. Государственные академии наук вправе осуществлять от имени Российской Федерации полномочия учредителей подведомственных им федеральных государственных унитарных предприятий, государственных учреждений, включая научные организации, организации научного обслуживания и социальной сферы, и собственников федерального имущества, принадлежащего этим организациям, в том числе принимать решения о создании, реорганизации и ликвидации подведомственных федеральных государственных унитарных предприятий, основанных на праве хозяйственного ведения. РАН, согласно ее Уставу, утвержденному Правительством РФ 19 ноября 2007 г., является бюджетной некоммерческой организацией. Учредителем РАН, как некоммерческой организации, в отличие от ее первого учредителя - императора Петра I, является Российская Федерация. О том, что имущество бюджетного учреждения – некоммерческой организации  закрепляется за ним в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации на праве оперативного управления, подтверждается также п. 9 ст. 9.2  ФЗ «О некоммерческих организациях». Собственником имущества бюджетного учреждения остается государство. [caption id="attachment_16350" align="aligncenter" width="500" caption="Большой зал Российской академии наук. Общее собрание РАН "][/caption] РАН, согласно упомянутой ст. 6 ФЗ «О науке…» и ее Уставу, наделена правами создания, реорганизации и ликвидации подведомственных организаций, включая научные организации, организации научного обслуживания и социальной сферы, закрепления за ними федерального имущества, включенного в реестр федерального имущества, а также правом утверждать уставы подведомственных организаций и назначать их руководителей. Согласно п.2 ст. 16 ФЗ «О некоммерческих организациях» решение о реорганизации федеральных бюджетных учреждений принимает правительство страны. Здесь же поясняется, что реорганизация некоммерческой организации может быть осуществлена путем слияния, присоединения, разделения, выделения и преобразования. Таким образом, передача законодательному органу решения вопроса о слиянии с РАН двух других академий противоречит ФЗ «О некоммерческих организациях». Передачу эту можно рассматривать как стремление правительства уйти от ответственности за будущий окончательный развал в стране фундаментальных и прикладных научных исследований. Итак, федеральными законами за РАН и другими государственными академиями наук – отраслевыми закреплено право владения, пользования, распоряжения имуществом, находящимся в федеральной собственности, и принадлежащим им на праве оперативного управления. Но в п. 9 ст. 18  упомянутого законопроекта говорится прямо противоположное: «Научные организации Российской академии наук, Российской академии медицинских наук, Российской академии сельскохозяйственных наук передаются в ведение федерального органа исполнительной власти, специально уполномоченного Правительством Российской Федерации на осуществление функций и полномочий собственника федерального имущества, закрепленного за научными организациями Российской академии наук. Указанный федеральный орган исполнительной власти осуществляет контроль за использованием федерального имущества, переданного научным организациям, в соответствии с их уставными целями». Как видим, это положение законопроекта противоречит и упомянутой выше ст. 6 ФЗ «О науке…», и п. 9 ст. 9.2  ФЗ «О некоммерческих организациях». Однако в законопроекте ничего не сказано о внесении в эти законы соответствующих поправок. Между тем, лишение РАН самоуправления и передача научных организаций всех трех академий  в ведение какого-то, еще не существующего, федерального органа исполнительной власти представляется совершенно абсурдным. Ведь эти надуманные новации сделают невозможным дальнейшее существование объединенной РАН как научной организации, которая должна решать перечисленные в законопроекте многочисленные задачи, и превратят ее в подобие некоего общественного клуба академиков и бывших членкоров с непонятными целями. При этом член-корреспондентов объединяемых академий переименуют в академики, и всем академикам – нынешним и вновь назначенным обещают установить пожизненно ежемесячную ренту. Сначала речь шла о 100 тысячах рублей в месяц, но в законопроекте о сумме умалчивается. Воинствующая некомпетентность Федеральный орган исполнительной власти, в ведение которого намечено передать академические институты, создадут, надо полагать, в виде очередного бессмысленного агентства-импотента под «крышей» все того же Минобрнауки. Иначе всю эту абсурдную заваруху чиновники министерства и затевать не стали бы. Таким образом, речь идет фактически о создании ими нового бюрократического ведомства, которое якобы заменит собой РАН. Способность к расширенному самовоспроизводству – характерное свойство российского чиновничества, численность которого уже сравнялась с численностью чиновников в Советском Союзе. Теперь чиновники в обличье эффективных менеджеров подобно Анатолию Чубайсу намерены управлять также  и научными исследованиями. Как отмечалось, согласно п. 9 ст. 18  обсуждаемого законопроекта научные организации передаются в ведение федерального органа исполнительной власти, то есть, их лишат тем самым самоуправления.  Этот же орган будет также осуществлять контроль за использованием федерального имущества, переданного научным организациям, что лишит академии нынешних  прав владения, пользования, распоряжения имуществом, находящимся в федеральной собственности и принадлежащим им на праве оперативного управления. Возникает вопрос, а как инициаторы «раскулачивания» академий представляют себе отрыв оперативного управления используемым академическими институтами имуществом от  их повседневной научной и хозяйственной деятельности, и передачу управления какому-то федеральному органу? Многолетняя история Росимущества наглядно свидетельствует, что управление госимуществом и управление предприятием – далеко не одно и то же. Более того, управление имуществом вообще абсурдное словосочетание. Можно говорить,  к примеру, о контроле за его использованием или о проведении с ним различных сделок, но управление хозяйственной и производственной деятельностью предприятия немыслимо в отрыве от оперативного распоряжения его имуществом. Федеральный орган, созданный для управления госсобственностью, при всех его вывесках, начиная с 1992 г., пытался безуспешно управлять именно деятельностью предприятий, чьи акции целиком или частично принадлежали и принадлежат  государству. Для этого в их советы директоров  делегируются в основном сотрудники этого и других ведомств. Как правило, они не являются специалистами в тех областях науки и промышленности, которыми направлены руководить, и поэтому часто вредят предприятиям своим некомпетентным вмешательством, нередко с коррупционными целями. Имущество является неразрывной частью активов предприятий, и еще никому в голову не приходило лишать то или иное предприятие  права на оперативное управление использованием своего имущества. Изъятие этого права, в нашем случае - у академий и их институтов, абсурдно, так как любое предприятие, лишенное оперативного управления своим имуществом,  перестает быть таковым. Так как при этом из ведения РАН и присоединяемых к ней двух академий предложено изъять все научные учреждения, то объединенная РАН, как отмечалось, окажется недееспособной. В таком случае, лишенная научных коллективов, вряд ли РАН сможет выполнять и функции научно-консультативного и экспертного органа Российской Федерации, что превратит ее в некий клуб академиков и бывших членкоров. В результате, надо полагать, ускорится и дебилизация населения страны. Положение усугубится еще и тем, что «управление» научными учреждениями некомпетентными  чиновниками помимо запаздывания будет глубоко ошибочным. Ведь речь будет идти не о разрешении, допустим, помыть туалет, а о руководстве проведением уникальных исследований, в проблемах которых только-только начинают разбираться сами исследователи. За последние 20 лет из сферы управления производственными отраслями экономики и государственных органов исполнительной власти постепенно  вытеснялись инженеры-технократы, которых почти повсеместно заместили «эффективные менеджеры» – юристы, финансисты, экономисты, историки, филологи, социологи. Даже в так называемых общественных экспертных советах правительства и министерств числятся в основном одни и те же чиновники, которые одобряют свои же решения. Именно поэтому провалились все так называемые реформы в промышленности, в частности, электроэнергетики и технического регулирования, не выполнены все инновационные программы, потерпели крах замыслы в Сколково и «Роснано»… Когда в Советском Союзе реализовывались крупнейшие научно-технические проекты, такие, как, примеру,  создание атомной бомбы, радиолокации, микроэлектронной промышленности, космических аппаратов, лазерных технологий, микробиологической промышленности и др., то их возглавляли не чубайсы с вексельбергами, а профессионалы с мировыми именами. А теперь представим себе, что  распоряжаться научным оборудованием, допустим, ФИАНа, в рамках международной  научной программы исследований с использованием наземно-космического интерферометра РадиоАстрон будут не ученые, а не сведущие в этих делах чиновники нового Агентства. Программа наверняка загнется, а ученые разбегутся, в том числе уедут к коллегам за рубеж. Однако, думается, до руководства чиновниками фундаментальной наукой дело не дойдет, так как академические институты окончательно разрушатся раньше, уже на этапе реорганизации из-за потери управляемости и финансирования, что неизбежно породит хаос. В законопроекте допущено много ляпсусов, свидетельствующих о некомпетентности его авторов. В частности, много абсурда и путаницы внесено в предписываемый порядок реорганизации. Согласно п. 1 ст. 18 законопроекта объединяются академии в РАН со дня вступления в силу нового закона. Это означает, что, в этот день их должны ликвидировать и начать оформление новой организации. Но ликвидировать столь крупные организации росчерком пера невозможно. Во-первых, потребуются проверки состояния их финансов и имущества, на что уйдут многие месяцы. Во-вторых, сами академии должны будут организовать передачу не существующему сегодня федеральному органу ныне подведомственных им академических научных учреждений. Передаче тоже должны будут предшествовать всякие проверки и инвентаризации учреждений, которых сотни, а окно в этом органе, как водится, будет одно. Согласно п. 10 ст. 18 законопроекта, до передачи научных организаций в ведение на то уполномоченному федеральному органу исполнительной власти сохраняются их организационно-правовая форма, подведомственность, а также права оперативного управления, хозяйственного ведения и постоянного бессрочного пользования имуществом, которое закреплено за ними. Поэтому объединение при таких условиях трех академий в новую организацию в день вступления нового закона в силу – плод больного воображения авторов законопроекта. Ясно, что ничем не обоснованная и чреватая окончательным развалом отечественной науки реорганизация трех академий потребует громадных бесполезных бюджетных затрат и затянется на годы -  в изначальном варианте законопроекта говорилось о трех годах. Так как она неизбежно породит хаос в научных институтах, в том числе с финансированием,  то не исключено,  что в условиях неразберихи разбежится большинство сотрудников академических учреждений. Не этого ли добиваются инициаторы «реформирования» РАН? Ведь тогда в той же Москве высвободятся здания многих академических институтов, занимающих  громадные площади в самых привлекательных местах, которые можно будет приватизировать, урвав при этом немалый комиссионный куш за посредничество. К примеру, Россельхозакадемия только около Москвы располагает 35 тысячами гектаров земли, которая стоит миллиарды долларов. Земля эта сегодня втихую разворовывается под прикрытием «государственных интересов», а после «коллективизации» академий высвободится – работать на ней будет некому.  Тогда «государственные интересы» чиновников будут удовлетворяться уже на законных основаниях и в значительно большей степени. При таком предполагаемом сценарии «реформы» становится понятным стремление заблокировать путем подкупа протестные выступления академиков и член-корреспондентов, многие из которых руководят научными коллективами академических институтов. Для этого им бросили две «кости». Первая – все членкоры вопреки ФЗ «О науке…» превращаются в академиков. Вторая кость – обещаны ежемесячные выплаты академикам стипендий. Пожизненно. Спрашивается, за что, за пожизненное звание, чего нет ни в одной стране мира?  Наоборот, там сами академики, получив престижное звание, платят членские взносы в свои академии.  Видимо, по этой причине на «реформу науки» чиновники запросили сотни миллионов рублей бюджетных денег. И, как обычно водится, прикупленных академиков с бывшими членкорами могут потом  «кинуть», отменив пожизненную ренту, а часть средств, что само собой разумеется, разворуют. Следует заметить, что в контексте законопроекта совершенно нелогичными выглядят  положения о сохранении неизменными статуса и функций Российской академии образования, Российской академии архитектуры и строительных наук и  Российской академии художеств. Надо полагать, причина – в малой привлекательности этих организаций из-за небольшого количества земли и недвижимого имущества, которые находится в их распоряжении. Волюнтаризм, выдаваемый за реформу науки Инициаторы академической псевдореформы не представили какой-либо программы фундаментальных научных исследований, для выполнения которой при необходимости и нужно было создавать новую организационную структуру. Наоборот, в законопроекте говорится о продолжении бюджетного финансировании ныне действующей Программы фундаментальных научных исследований государственных академий наук на 2013 - 2020 годы. Однако заместитель председателя правительства Ольга Голодец, которая не может справиться с пенсионной реформой, говорит о необходимости разработки какой-то новой программы, которая  должна быть якобы компиляцией программ отдельных академических институтов. Но если такой программы еще нет, и вряд ли она появится, то к чему весь этот огород городить? К тому же цели и задачи объединенной РАН, перечисленные в законопроекте, ничем не отличаются от нынешних, сформулированных для каждой из академий в их уставах. И, наконец, предложенное преобразование управления академической наукой должно было быть всесторонне обосновано, в первую очередь, с точки зрения эффективности для государства, общества и самой науки, что сделать невозможно ввиду очевидной абсурдности такого преобразования. Фундаментальные исследования, как отмечалось, охватывают комплексы взаимосвязанных проблем, «сшить» которые в одно большое целое под силу лишь немногим ученым. Этим занимаются «коллективные разумы» отделений и президиума РАН. Постоянное игнорирование чиновниками коллективного разума экспертов приводит к появлению порочных решений, подобных обсуждаемому. Причем, решений, нередко коррупционно ориентированных. Дело доходит до абсурда. О подготовке законопроекта «реформирования» академической науки не знали ни в наблюдательном совете Министерства образования и науки, ни в академиях. Даже вновь избранный президент РАН Фортов, который является членом правительства, услышал о законопроекте… на заседании правительства,  о чем в повестке дня ничего не говорилось. Однако его предложение повременить с передачей законопроекта в Госдуму и прежде обсудить в академиях проигнорировали. Хотя принимать коллегиальное решение по вопросу, с которым не было знакомо большинство членов кабинета министров, явное проявление безответственности и волюнтаризма. Очередное непродуманное решение правительства вызвало широкий протест научного сообщества, которое намного грамотней чиновников, и само способно решать собственные проблемы в интересах государства и общества. Об этом свидетельствуют и программы претендентов в президенты РАН на последних выборах. Вот что говорится в открытом письме членов президиума Сибирского отделения РАН: Считаем необходимым провести гласное обсуждение накопившихся в научно-технической сфере России проблем с целью поиска понятных научной общественности путей выхода из сложившейся ситуации. Обращаем внимание руководства страны и граждан России, что решение Правительства РФ от 27 июня готовилось с нарушением всех установленных демократических процедур. Все это сделано без обсуждения, в обстановке закрытости и келейности. Решение принято  в условиях очевидного провала проектов модернизации научно-технической сферы, таких как «Роснано» и «Сколково». Это является, по нашему мнению, попыткой уйти от ответственности за их срыв и растрату значительных средств федерального бюджета. В то же время государственные академии наук при крайне скудном финансировании, практически не изменявшемся в  последние годы, обеспечивают большую часть интеллектуальных достижений страны в области науки и технологий. На основе достижений фундаментальной науки, полученных исследовательским коллективами академий наук, созданы системы в области обороны и безопасности, многие научные программы ориентированы на перспективу. Ликвидация единого административно-хозяйственного комплекса академий наук подорвет эти направления деятельности, нацеленные на сохранение суверенитета страны, жизни и безопасности граждан России. Надуманными при этом являются претензии к академиям о якобы неэффективном использовании федерального имущества. На наш взгляд, деятельность крупнейших институтов государственных академий, таких как институты ядерной физики и катализа в Новосибирском Академгородке,  являются примерами эффективного использования имеющихся ресурсов.  Министр Д. В. Ливанов  мог в этом убедиться при недавнем посещении институтов Сибирского отделения РАН. Мы также категорически не согласны с утверждениями министра Д.В. Ливанова и его коллег в правительстве о якобы непрозрачности финансовых потоков в  академиях наук – они опровергаются непредвзятыми результатами проверок Счетной палаты. Мы настаиваем на том, что отдельные замечания в отношении использования  имущества и земель ни в коей мере не могут быть использованы в качестве доводов для предлагаемого слома  сложившейся и прошедшей испытания временем академической системы. Реализация разрушительных, по нашему мнению, предложений  правительства, приведет к коллапсу в деятельности государственных академий наук, нарушит планы их работ по развитию экономики, научно-образовательного и инновационного комплексов страны, программ работ в интересах крупных корпораций и научно-технического развития регионов. Решение правительства свидетельствует о его несостоятельности и некомпетентности в проблемах развития науки, образования и инноваций в России. Академическая система России со времен Петра I находила возможности самостоятельно изменять свою структуру, определять приоритеты и пути развития. Считаем, что и сегодня недопустимы любые решения в научной, образовательной и инновационных сферах, не поддержанные академическим сообществом. Поэтому настаиваем, чтобы подготовленный скрытно и наспех законопроект о реорганизации РАН не принимался Государственной Думой до его всестороннего обсуждения. Надуманные суждения о неэффективности РАН опровергаются международными оценками. Для относительного сравнения научных достижений  коллективов ученых принято использовать рейтинги. В настоящее время достаточно полным международным рейтингом научно-исследовательских организаций является SIR (Тhe SCImago Institutions Rankings), который составляется для 3290 ведущих научных учреждений мира. Рассчитывается рейтинг по семи показателям, полученным из международной базы данных научных публикаций Scopus. В их числе общее число опубликованных научных работ, международное сотрудничество (по количеству совместных с зарубежными партнерами публикаций), среднее цитирование научных работ организации, приведенное к среднемировому цитированию, число научных работ, опубликованных в самых авторитетных журналах (издания, входящие в верхний квартиль распределения по авторитетности в соответствии с рейтингом SCImago Journal Rank SJR по научным областям), соответствие тематики научных работ специализации организации, число работ, опубликованных в изданиях, входящих в десятку наиболее цитируемых в мире (по научным областям), и число опубликованных научных работ, авторы которых указывают свою принадлежность к организации. По результатам 2012 года в рейтинг SIR вошли 34 российских научно-исследовательских организации. В российском списке прочное первое место среди них занимает РАН, на втором месте МГУ им. М.В. Ломоносова.  В общемировом рейтинге SIR РАН занимает третье место. Впереди только Национальный центр научных исследований Франции и Академия наук Китая. Идущий следом за РАН в российской части  рейтинга МГУ им. М.В. Ломоносова в общемировом рейтинге SIR занимает 105 место. Замечу, Ольга Голодец, выступая в Госдуме, утверждала противоположное - ложной информацией ее снабдил министр Ливанов. Для оправдания задуманного «реформаторы» пытаются привлечь на свою сторону известных людей. Например, Нобелевского лауреата Андрея Гейма, нашего в недавнем прошлом соотечественника. Его бездоказательные осуждения РАН публиковались на проправительственных сайтах, его цитировал министр образования Ливанов. В частности, он предложил осуществить кадровую чистку РАН… привлекая для этого членов иностранных научных сообществ. Чушь несусветная! Впрочем, Гейм сам же себя дезавуировал, заявив: «Я в детали законопроекта не вникал и не хотел вникать». Звучит совсем, как когда-то: «Пастернака не читал, но осуждаю». И этим все сказано! «Министерства» науки и модернизации на паях Конечно, рейтинговые оценки дают весьма приблизительное относительное представление о значимости и  эффективности результатов научных исследований, которые практически могут проявляться только при их востребованности экономикой, государством и обществом. Сегодня такая востребованность в России либо отсутствует, либо ничтожно мала. Фрагментарные попытки создать ее в рамках «Сколково» и «Роснано» провалились по ряду причин, в том числе из-за случайности предложений, некомпетентности руководства проектами и отсутствия системы планирования и управления всей цепочкой: «фундаментальные научные исследования - прикладные научные исследования – инженерные разработки – маркетинговые исследования – внедрение в производство». Чтобы реформировать управление наукой необходимо создать единую систему, в которой планировались и координировались бы  все эти работы в комплексе, и руководство системы отвечало за их результативность. Для этого нужно не новую коллективизацию проводить, объединяя РАН с двумя отраслевыми академиями в одну «большую», лишив их институтов, а на основе всех государственных академий наук, которые сохранят свои прежний статус и самоуправляемость, предлагается создать государственную научную корпорацию в статусе управляющей компании. При этом институты, ведущие исследования в области общественных наук, следует объединить в другую организацию. Цель реформирования: совершенствование на основе государственно-частного партнерства планирования и координации  фундаментальных и прикладных научных исследований с последующим внедрением их результатов в экономику путем интеграции интеллектуальных, материальных и административных ресурсов государственных научных академических и отраслевых учреждений, а также привлечения ресурсов акционерных компаний. Цель достигается созданием Государственной научной корпорации «Российские академии наук» в статусе управляющей компании, сокращенно – ГНК «РАН». Это будет некий аналог прежнего Государственного комитета по науке и технике СССР, куда войдут все государственные научные академии, которые сохранят свой нынешний статус, свои институты и  самоуправляемость. Им в последующем могут передать некоторые государственные отраслевые НИИ и КБ соответствующего профиля. Совет директоров ГНК  «РАН» составят президенты всех академий ГНК «РАН», руководители их региональных отделений и отделений академий. Председатель совета – президент ГНК «РАН будет единоличным исполнительным органом, государственным служащим в ранге министра и  членом Правительства Российской Федерации. Отдельные функции и полномочия учредителя и собственника федерального имущества передаются правительством президенту ГНК «РАН».  Он избирается из числа академиков всех академий, вошедших в  ГНК «РАН», сроком на пять лет, но не более двух сроков подряд, и утверждается Президентом Российской Федерации. Академики и член-корреспонденты академий, входящих в ГНК «РАН», сохраняют свои прежние звания. Президенты академий избираются академиками и член-корреспондентами соответствующих академий и утверждаются президентом ГНК «РАН». Таким образом, наукой станут управлять сами ученые, и тогда чиновников Министерства образования и науки к всеобщей пользе можно будет освободить от явно не свойственных им функций. Согласно ст. 6 ФЗ «О науке и государственной научно-технической политике» ГНК «РАН», учрежденная Российской Федерацией, будет являться бюджетной самоуправляемой некоммерческой организацией. Она будет планировать и координировать выполнение крупных межотраслевых научных исследований, а ее хозяйственный сегмент - решать общие для всех академий хозяйственные задачи, такие, как централизованные закупки научного оборудования, издательская деятельность, и др., что позволит минимизировать суммарные затраты. Финансироваться ГНК  будет за счет государственного бюджета, грантов российских и иностранных лиц и  коммерческих договоров на проведение научных исследований. Распределять бюджетные средства будет совет ГНК «РАН» в соответствии с достигаемыми институтами академий результатами. Согласно п. 2 ст. 16 ФЗ «О некоммерческих организациях» решение о реорганизации федеральных бюджетных учреждений принимает правительство страны. Поэтому реорганизация РАН путем ее объединения с другими академиями в рамках Государственной научной корпорации «Российские академии наук» должна будет осуществляться согласно постановлению Правительства Российской Федерации. В последующем для повышения эффективности управления научными исследованиями представляется целесообразным на основе нынешних отделений РАН создать четыре  новые государственные академии по смежным наукам: физико-математических и технических наук, естественных наук, общественных наук и академию экономики. При этом не исключается сохранение нынешних и создание новых отделений всех академий в регионах. Для независимой оценки научных исследований и их результатов необходимо будет при президенте–председателе совета директоров  «РАН» создать штатные экспертные подразделения по областям знаний, с привлечением в них авторитетных ученых. Предлагаемая структура представляет собой симбиоз государственного органа исполнительной власти, управляющего наукой, и комплекса самоуправляемых научных учреждений, деятельность которых регулируется поэтапным – по результатам – финансированием. Все это позволит повысить ответственность руководителей и исполнителей работ на всех уровнях. В последующем ГНК «Российские академии наук» может быть акционирована и частично приватизирована. При этом представители частных акционеров войдут в совет директоров корпорации, что положит начало развитию новой формы государственно-частного партнерства  в сфере регулирования экономики. Образно говоря, речь идет о создании государственно-частного «министерства» науки на паях с бизнесом. А для трансформации научных достижений в конкурентоспособную рыночную продукцию и внедрения ее в промышленное производство понадобится создать еще одно государственно-частное «министерство» на паях с бизнесом – промышленности. Решение задач модернизации и развития кооперационной экономики на основе планирования и управления балансами в рамках государственно-частного и социального партнерства потребует, как отмечалось, принципиального изменения экономической политики и государственной системы управления. Основой системы управления должен стать вновь созданный «специализированный управляющий компьютер», узлами которого будут органы исполнительной власти, то есть правительства страны. Но для этого, как отмечалось, придется принципиально изменить функции многих министерств и структуру управления экономикой. Должен быть создан общефедеральный орган макроэкономического планирования и разработки макроэкономических балансов ресурсов и производства продукции,  основанных на научных прогнозах спроса и предложения. А министерства в соответствующих секторах экономики, исходя из макроэкономического плана развития, должны заниматься отраслевым планированием и разработкой соответствующих балансов производства и потребления. Для реализации макроэкономического и отраслевых планов потребуется разрабатывать соответствующие планы межрегионального развития и кооперации производства, и соответствующие балансы. Поэтому потребуется создать федеральное министерство межрегионального макроэкономического планирования, в федеральных округах – министерства окружного планирования и социально-экономического развития, подобные бывшим  совнархозам, а в субъектах Федерации – соответствующие региональные органы. Знание перспектив развития позволит также интенсифицировать  развитие малого и среднего бизнеса в сфере научных исследований, инженерных разработок и товарного производства. Случайность предложений новых разработок в рамках проектов «Сколково» и «Роснано» и, как следствие, неопределенность получения при этом должных  технологических, социально-экономических, коммерческого и иных эффектов почти исключают возможности их использования в нынешнем виде для системной модернизации экономики страны и привлечения для этого частных средств. Поэтому для минимизации случайностей и рисков планами развития экономики должны предусматриваться также  необходимые инновационные разработки и их внедрение в производство. Для начала надо будет провести инвентаризацию уже существующих в стране готовых разработок, которых, по оценке,  может быть порядка миллиона, созданных за десятки лет. Внедрение инноваций целесообразно координировать в рамках специально созданной научно-производственной  и бизнес-структуры. Для этого представляется необходимым создать государственно-частную финансово-промышленную группу - ФПГ типа холдинга, которая станет как бы продолжением Государственной научной корпорации «РАН».  Управляющая часть холдинга будет включать в себя подразделения, осуществляющие функции, общие для всей группы. Это, в частности, распределение бюджетного финансирования. Для эффективного управления расходованием средств целесообразно финансировать работы по результатам завершения каждого этапа по схеме целевой кредитной линии, и прекращать выдачу денег при объективном возникновении тупиковой ситуации в разработках. Непосредственно внедрением разработок будут заниматься  дочерние компании холдинга, созданные по комплексным направлениям промышленности. Ориентировочно это геология и добыча полезных ископаемых, материаловедение и металлургия, ТЭК и электроэнергетика, отрасли машиностроения (станки, двигатели, различные транспортные средства, и др.), радиоэлектроника, связь и приборостроение, химия и нефтехимия, бытовая техника, медицина,  микробиология и биотехнологии, и др. Большинство таких комплексных научно-производственных компаний уже создано в виде госкорпораций и могут быть включены в предлагаемую ФПГ (подробней см. «Как модернизировать экономику» - «Промышленные ведомости» № 3-4, апрель, 2012 г.). Создание упомянутого холдинга, образно говоря, министерства промышленности на паях, председатель совета директоров которого получит статус федерального  министра и члена правительства, позволит упразднить нынешний Минпромторг. Крупные комплексные научные проекты и внедрение их результатов, как показывает мировой опыт, к примеру, атомные проекты и проекты освоения космоса в США и СССР, оказывались успешными, если ими руководили крупные ученые с большим опытом внедрения научных результатов. Поэтому во главе предлагаемой финансово-промышленной группы необходимо поставить авторитетного специалиста, имеющего большой опыт модернизации производств, а не «эффективного менеджера» с ментальностью мелкого лавочника. Хватит ли у руководства страны политической воли отказаться от «наезженной колеи», подобной таежной, проложенной в 1990-х, и начать строить современную дорогу экономического развития, пока это еще возможно? Рисунок Игоря Кийко

Информация о материале

Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ

Категория: В России

Создано: 21 сентября 2013

[caption id="attachment_16339" align="alignright" width="364" caption="Валентин Пармон, академик РАН, директор Института катализа СО РАН, член президиумов РАН и Сибирского отделения РАН"][/caption] Структура любой организации должна определяться целями её создания и выполняемыми функциями. Целью учреждения в 1724 году Петром Великим Академии наук  России было не только создание условий для «непосредственных упражнений в высоких науках», или как теперь говорят – в фундаментальных. Петр I задумал также и формирование компетентного коллективного «государева советника», что  в современных терминах  означало появление коллективного государственного эксперта, в обязанности которого входила также подготовка прогнозов по многим проблемам развития Государства Российского. В принятом Госдумой во втором чтении проекте нового закона «О Российской академии наук…» также говорится, что, кроме проведения фундаментальных исследований, РАН сохраняет за собой упомянутые функции коллективного «государева советника».  Об этом сказано в  ст. 6 законопроекта: «Целью деятельности РАН является … экспертное научное обеспечение деятельности государственных органов в областях, способствующих технологическому, социальному и духовному развитию России». Но сможет ли РАН выполнять все эти функции, если в п.9 ст.18  упомянутого законопроекта сказано следующее: «Научные организации Российской академии наук, Российской академии медицинских наук, Российской академии сельскохозяйственных наук передаются в ведение федерального органа исполнительной власти, специально уполномоченного Правительством Российской Федерации на осуществление функций и полномочий собственника федерального имущества, закрепленного за научными организациями Российской академии наук». Настоящими  заметками я хочу обратить внимание на то, как РАН, наряду с фундаментальными научными исследованиями, осуществляла также государственные функции экспертизы и прогноза, и сможет ли она их выполнять их впредь, по крайней мере, в области технических и естественных наук, если ее лишат ныне подведомственных ей научных учреждений. В области технических наук это  энергетика, физика, машиностроение, прикладная математика и т.п., а естественных наук - химия, биология, геология и др. Без ясного понимания того, как необходимо обеспечивать условия для эффективного решения всех этих задач не может быть и речи об обоснованных изменениях  структуры РАН. Только будучи совсем наивным, можно думать, что научные экспертиза и прогноз делаются собравшимися вместе «яйцеголовыми» специалистами, облаченными в академические мантии. К сожалению, именно такое искаженное представление прослеживается в проекте обсуждаемого закона. На самом же деле, научные экспертиза и прогноз являются результатом целенаправленных и обычно больших теоретических и/или экспериментальных исследований, осуществляемых коллективом или коллективами высококвалифицированных специалистов. Эти исследования связаны с проведением поисковых экспериментов или экспедиций с целью проверки новых научных идей. Они обычно возникают в результате глубокого анализа возможных путей решения поставленных обществом или руководством страны задач, либо оказываются прорывными идеями, возникшими в ходе самих фундаментальных исследований. Причем  практическую отдачу от них следует ждать не обязательно прямо сейчас, а, скорее всего, лет через 10-20, а, может быть, и позже. Наивно также думать, что глубокие экспертиза и прогноз могут быть подготовлены одной или несколькими университетскими лабораториями, пусть даже сверхвыдающимися. Нет, предназначение научных университетских лабораторий состоит в генерации новых знаний и, как это иногда непредвиденно случается, вытекающих из этих знаний прорывных идей. Иными словами, университетские лаборатории заняты  проведением чисто фундаментальных исследований, а лаборатории в технических ВУЗах – прикладных исследований по заказам промышленности. Чтобы обеспечить высококвалифицированную экспертизу государственного уровня,  страны, заботящиеся о своем будущем, создают специальные научные структуры и государственный орган, который дирижирует их научной работой. Именуют такие органы по-разному. Например, во Франции, Италии, Австралии, Испании - это советы по науке (CNRS, CNR, CSIRO и CSIС, соответственно) с множеством научных институтов в своем составе. В других странах это национальные лаборатории и федеральные институты. В США функционируют почти сорок национальных лабораторий и Институт газа при аналоге министерства энергетики – DOE, тесно связанном с обороной, а также Национальный институт здоровья, по структуре и функциям аналогичный нашему Курчатовскому центру. В Германии эти функции выполняют многочисленные институты государственных самоуправляемых обществ имени Макса Планка, Фраунгофера и Гельмгольца соответственно, аналогов Российской академии наук. В странах бывшего социалистического содружества государственные экспертно-прогностические функции выполняли и продолжают выполнять институты национальных академий наук этих стран. С точки зрения обсуждаемой проблемы чрезвычайно существенно, что все названные уполномоченные «государевы органы» являются ведомствами, обладающими  необходимой инфраструктурой в виде специализированных, подведомственных им, научных институтов, предназначенных  для проведения соответствующих научных исследований, экспертизы крупных проектов и подготовки прогнозов. Без наличия такой инфраструктуры осуществление экспертной и прогностической функций в областях государственных интересов просто невозможно. Взглянем на историю создания структуры предшественницы РАН – Академии наук СССР. Создание всех без исключения академических НИИ было вызвано именно необходимостью экспертной и прогнозной поддержки важнейших межотраслевых проблем страны. Так, геологические институты АН СССР создавались в 20–30-е годы прошлого века для решения базовых проблем оценки и прогноза природных ресурсов страны. Технические, физические и химические институты в 1930–1950-х – для решения межотраслевых проблем индустриализации и обороны. Научная карьера автора этих строк начиналась в Москве в Институте химической физики АН СССР – мощнейшем в мировых масштабах научном академическом институте физико-химического профиля. Институт был создан в 1931 году для решения научных проблем горения и взрыва, без понимания которых страна не смогла бы в 1940-е годы в сжатые сроки овладеть ядерным оружием. Три выдающихся специалиста этого академического института обеспечили решение уже прикладных проблем в отраслевых оборонных институтах по созданию взрывающихся ядерных устройств. Это были академики Ю.Б. Харитон, Я.Б. Зельдович и К.И. Щелкин, ставшие трижды Героями Социалистического Труда. При этом  сам Институт химической физики оказался центровым «игроком» в решении проблем создания и испытания необходимых химических зарядов для приведения в действие ядерных устройств, а также  наблюдения, диагностики и прогноза событий, развивающихся в окружающей среде после атомных взрывов. За выдающийся вклад в мировую науку организатор и директор института  академик Н.Н. Семенов даже в тяжелые 1950-е годы конфронтации двух социальных систем был удостоен Нобелевской премии за потрясающий прорыв в фундаментальной науке – создание теории разветвленных цепных реакций. Эта теория явилась основой, как создания атомных бомб, так и атомных электростанций. Естественно, что для обеспечения возможности проведения соответствующих исследований государство обеспечило институт огромной инфраструктурой с уникальными по своим возможностям исследовательскими стендами и полигонами. Инфраструктура располагалась не только в Москве, но и в широко известном сейчас подмосковном поселке Черноголовка, где возник большой академгородок со своим жилым фондом. Сейчас официальное название этого городка – Ногинский научный центр РАН. Существенно, что всей научной деятельностью этого межотраслевого научного гиганта и целевым развитием его инфраструктуры мог управлять только орган высочайшей научной компетенции – сама Академия наук СССР. Ни курировавшее тогда атомную отрасль могучее Министерство среднего машиностроения (сейчас это Росатом), ни Госкомитет по науке и технике или Госплан СССР, а именно Академия наук. Ведь при решении стержневой задачи института параллельно приходилось решать многие не входившие в прямую компетенцию Минсредмаша фундаментальные научные задачи, такие как  создание методов и устройств наблюдения за развитием быстропротекающих химических и физико-химических процессов, их математического описания и моделирования, а также многое-многое другое. Отметим, что поставленная государством перед Институтом химической физики и на «отлично» выполненная комплексная научная задача никогда не могла бы быть решена ни в отраслевом, пусть даже оборонном институте, ни, тем более, в университетских лабораториях. Университеты или, как было принято говорить в недавнем прошлом, образовательные институты и ВУЗы, готовили научные кадры для таких исследований, будучи нередко на 100% интегрированными с важнейшими институтами АН СССР. Автор этих строк глубочайше признателен судьбе за возможность получить серьезнейшее физико-математическое и физико-химическое образование в закрытом до начала 1990-х годов Московском физико-техническом институте (МФТИ). Учеба в МФТИ давала возможность прохождения трехлетней дипломной практики, и затем обучения в аспирантуре в Институте химической физики и других выдающихся академических и оборонных НИИ. И дипломной практикой, и аспирантами руководили непосредственно те ученые, кто обеспечивал проведение соответствующей научной экспертизы, и поэтому не понаслышке знал и науку, и потребности страны. Второй близкий автору пример целевого создания системы академических структур – это организация в конце 1950-х огромного и по настоящее время полностью «боеспособного» Сибирского отделения АН СССР. Ныне – это СО РАН, которое включает в себя  79 академических НИИ, и  где работают более 9 тысяч высококвалифицированных научных сотрудников. Сейчас уже не секрет, что причиной создания СО АН СССР, новой и очень дорогостоящей структуры для научных исследований, явилась необходимость решения актуальнейших проблем государства в период обострения холодной войны. Требовалась тогда резервная научная база вдали от западных границ СССР, недоступная для атомных бомбардировщиков стран НАТО (стратегических ракет в то время еще не существовало). Поэтому приоритетными задачами СО АН СССР стали проведение фундаментальных и поисковых работ для целей обороны (гидро- и аэродинамика, ядерная физика, микроэлектронные и оптические системы, прикладная математика и т.п.), научное сопровождение создания в Сибири ядерного и топливно-энергетического комплексов, а также прогнозирование наличия ископаемых и биологических природных ресурсов в Сибирском регионе и их разумного использования. Решение этих стратегических задач, обеспеченных всеми необходимыми ресурсами, позволило в считанные годы создать уникальный по мировым меркам научный комплекс с соответственно ориентированными научными институтами, а также с эффективной и полностью интегрированной с академической наукой собственной системой подготовки научных кадров – Новосибирским государственным университетом, полным аналогом МФТИ. Для обеспечения возможности эффективной и автономной работы ученых в условиях территориальной удаленности от Центра, потребовалось создать также обширную, в том числе социальную, инфраструктуру с системами энерго- и жизнеобеспечения и научными городками. Это всемирно известный Новосибирский Академгородок и его несколько меньшие аналоги в других сибирских городах – Красноярске, Томске, Иркутске, Кемерово, Омске, Бийске. Для возможности оперативного решения «на месте» всех внутренних проблем государство сделало СО АН СССР по сути отдельным ведомством, закрепив за ним даже отдельную строку в бюджете. Все это позволяло быстро и при необходимости нестандартно решать проблемы внутренней жизни без посредничества столичной бюрократии, к слову, в те годы количественно существенно меньшей. Четко поставленные перед СО АН СССР государственные задачи сохранили свою актуальность и в новой России. Их понимание руководством Сибирского отделения РАН позволило сохранить жизнеспособность этого великого интеллектуального достояния страны, обеспечив не только его выживание, но и адаптацию управления наукой в новых условиях. В результате в последние годы произошло существенное омоложение научных кадров и дальнейшее развитие сибирского научного комплекса. Отметим, что именно научные геологические институты СО АН СССР спрогнозировали наличие огромнейших запасов природного газа и нефти в Западной, а в последние годы – и в Восточной Сибири, а также крупнейших алмазных месторождений. Аргументированные научные прогнозы академических институтов Сибирского отделения были подтверждены отраслевыми институтами Министерства геологии СССР и затем эффективно использованы для развития экономики страны. Это стало основой создания в сжатые сроки уникального нефтегазового комплекса в Сибири, являющегося сегодня основным фактором экономической устойчивости современной России. На пороге использования находится спрогнозированное и разведанное геологами СО РАН крупнейшее в мире месторождение редкоземельных элементов, острейший дефицит которых сказывается на развитии высокотехнологичных отраслей промышленности. Автор этих заметок непосредственно связан с химией и поэтому хорошо знает историю создания и нынешнее состояние химических институтов СО РАН. Их сейчас в отделении 12, и все они были созданы для решения конкретных проблем страны. Первый химический институт АН СССР в Сибири был создан в 1946 году  (сейчас это Институт химии твердого тела и механохимии СО РАН)  для решения вопросов переработки минерального сырья Сибири, в том числе извлечения из него ряда химических компонентов, необходимых для развития ядерного комплекса. В 1957 году были созданы еще два института. Это были Институт химической кинетики и горения, который создали с целью частичной передачи ему проблем, решавшихся  Институтом химической физики, и Институт неорганической химии для научного сопровождения химических проблем, возникающих на производствах ядерного комплекса. В следующем году руководство страны приняло очень серьезные и в основном выполненные решения ускоренного развития химического комплекса СССР. Моё поколение хорошо помнит тогдашний лозунг – «плюс химизация народного хозяйства». Для научного сопровождения развития комплекса создали сразу три новых академических института, причем именно в Сибирском отделении Академии наук: Новосибирский институт органической химии и Иркутский институт химии - для научного сопровождения нарождавшейся в стране промышленности полимерных материалов,  а также Институт катализа в Новосибирске. Институт катализа стал государственной точкой опоры в научном обеспечении разработок «волшебных палочек» для химиков – катализаторов. Это одна из самых наукоемких и поэтому болезненных проблем химической промышленности, которая играет важнейшую роль в развитии всего химического комплекса страны. Институт одновременно должен был решать многие связанные с этим фундаментальные проблемы технологии каталитических процессов, которые лежат в основе почти всех современных химических производств. История показала оправданность ставки в этих вопросах именно на институт Академии наук, а не отраслевые институты химических министерств. Далее были созданы Институт химии нефти в Томске и Институт углехимии в Кемерово с целью научного сопровождения  важнейших для страны направлений технологического развития, а также два института в Красноярске, позже объединенных в один, для научного сопровождения разработок новейших технологий горнохимического комплекса и переработки доступного в регионе крупнотоннажного органического сырья. Одним из последних в СО РАН был создан в Бийске Институт проблем химико-энергетических технологий, обеспечивающий научное сопровождение создания современного ракетного щита России. Все химические институты Сибирского отделения РАН имеют четко выраженную государственную направленность, не потерявшую свою актуальность и в условиях новой России. Существенно, что выполнение возложенных на них государственных задач, в том числе экспертиза и прогнозирование, невозможно без проведения широкого фронта фундаментальных исследований, имеющих комплексный межотраслевой характер. Комплексность исследований не позволяет организовать их в университетских лабораториях, а межотраслевой характер – в отраслевых или оборонных институтах, куда передаются и где используются многие результаты исследований академических НИИ. В обоснование приведенных ниже предложений и выводов расскажу немного подробней об Институте катализа СО РАН, ныне одном из самых крупных химических институтов России. Положение в  нем в той или иной степени характерно для ряда научных учреждений РАН. Общий штат Института составляет около 1000 человек, включая 450 высококвалифицированных научных сотрудников,  средний возраст которых  47 лет, при этом  более 40% (!) научного персонала моложе 35 лет. Поэтому обвинения, что в РАН якобы не идет молодежь, далеко не всегда уместны. Кадровая перспектива Института достаточно стабильна и обеспечена его интеграцией с Новосибирским государственным университетом, где по совместительству работает более 80 научных сотрудников Института. Четверо из них являются руководителями профильных выпускающих кафедр. В результате способная студенческая молодежь, собранная из разных уголков страны, получает одну из лучших по уровню не только в России, но и в других странах подготовку для современной научной работы в очень сложной области химии – катализе. Чувствуя свою востребованность в России, молодежь охотно остается в Институте для учебы в аспирантуре и дальнейшей работы в качестве научных сотрудников. Подготовленные в Институте специалисты оказываются востребованными не только в академической науке, но и в российской химической промышленности, для которой одной из основных проблем является сегодня острейшая нехватка компетентных кадров. Ежегодно в Институте катализа обучается и постоянно работает в лабораториях по 70–80 студентов-дипломников, т.е. магистрантов, к которым следует добавить по 60–70 человек, продолжающих научную подготовку в аспирантуре. Молодежи интересно работать в Институте по многим причинам. Прежде всего, это высокий научный уровень проводимой ими работы с использованием самого современного научного оборудования (в последние лет пять институты СО РАН сделали мощный скачок по приборному переоснащению). Основной принятый в настоящее время индикатор научного уровня академических институтов  - число цитирования результатов соответствующих исследований по зарубежным базам данных у Института катализа один из самых высоких в стране среди НИИ химического профиля. При этом на каждую публикацию  свыше 100 научных сотрудников Института ссылались по сто и более раз, а на публикации более чем 50 сотрудников – не менее чем по тысяче раз! К чему в таком случае необоснованные упреки о низком якобы уровне российской академической науки? Институт катализа сохранил позиции главного научного координатора страны в области разработки и научного сопровождения создания производств промышленных катализаторов в России. Вместе с бывшим омским филиалом, ныне Институтом  проблем переработки углеводородов СО РАН,  Институт катализа нацелен на полное избавление страны от опасной зависимости от импорта стратегически важных промышленных катализаторов. Эмбарго на поставку некоторых катализаторов в Россию в считанные месяцы приведет к катастрофическим последствиям в нефтепереработке и нефтехимии. Ныне около 15% всех производимых на российских НПЗ высокооктановых бензинов получают с использованием разработанных в СО РАН катализаторов. Только за три года реализации одного из мегапроектов, инициированных нашими институтами, вклад в ВВП страны в виде произведенных с помощью новых катализаторов высокооктановых бензинов превысил 8 млрд. рублей, что в 17 (!) раз превысило затраты государственного бюджета на выполнение этого проекта. Тем самым Институт катализа и его бывший филиал  в Омске оправдали своё бюджетное финансирование лет на пять вперед. А существуют еще и другие примеры того, как результаты междисциплинарных комплексных фундаментальных исследований химиков-каталитиков СО РАН дали значительный практический и экономический эффект и продолжают с большой пользой использоваться в стране. О каком же нахлебничестве академических институтов тогда может идти речь?! Теперь относительно выводов, которые хотелось бы донести данной статьей, написанной отнюдь не с целью восхваления Российской академии наук или её институтов и региональных отделений. Цель статьи – обратить внимание руководства страны и законодателей на очень тонкие моменты функционирования старейшей «государевой» структуры. Они должны быть приняты во внимание, чтобы ни в коем случае не нарушить работоспособность этого важнейшей для страны организации. Российская академия наук, одно из призваний которой - обеспечивать руководство страны комплексной экспертизой и прогнозами по самым животрепещущим направлениям нашего развития, должна для этого оставаться ведомством, имеющим сеть подведомственных институтов, компетентных по тем направлениям науки, технологий и иных сторон нашей жизни, по которым государство желает иметь надежную экспертизу и/или прогноз. Это неизбежный и испытанный временем императив для любых стран с любым социальным устройством. Подведомственность означает прямое и полное подчинение Российской академии наук ее научных институтов, как наиболее компетентному и уполномоченному на то государством органу. Он должен быть наделен правами назначения и увольнения руководителей институтов, а также распоряжения  госбюджетными ресурсами, выделяемыми на выполнение основных государственных функций, в том числе в части развития академической инфраструктуры. Назначаемый Академией наук директор института обязан представить в Академию наук полную, предметно и количественно обоснованную, программу развития института, как минимум, на срок полномочий директора, и несет полную личную ответственность за рациональность использования выделенных институту госбюджетных средств и использование закрепленной за институтом научной инфраструктуры. Как показывает опыт, слияние нескольких разного предназначения ведомств в одно приводит к размыванию компетентности руководства объединенной структуры и, как следствие, к последующему принятию плохо обоснованных управленческих решений ввиду нежелания, согласно постулатам социальной психологии, нести за них ответственность, а также  к утрате инициатив со стороны подчиненных подразделений. Поэтому представляется не только весьма сомнительным с точки зрения целесообразности, но и весьма опасным для страны предлагаемое в проекте закона объединение с РАН нескольких отраслевых академий, ликвидация при этом самостоятельности региональных отделений РАН, а также передача научных академических институтов в ведение некоего административного органа с весьма туманными полномочиями, который ну никак не сможет заменить нынешнюю РАН в научном и административном управлении научными учреждениями. Между тем, очевидной в настоящее время является необходимость  усиления координации фундаментальных и прикладных научных исследований и научного сопровождения в сферах оборонной тематики, здравоохранения и экономического развития регионов. Такие задачи неоднократно ставил президент страны. В этой связи особенно опасно намечаемое лишение самостоятельности региональных отделений РАН. Они отвечают за выполнение важнейших государственных функций на огромных территориях, удаленных от столичного региона, причем эти функции имеют многочисленные особенности с точки зрения подходов к их выполнению. Это, в частности, необходимость целенаправленной и оперативной поддержки небольших, но компетентных научных ячеек, которые расположены в местах, очень важных для оборонного, экономического и социального развития государства. Примерами являются арктическая зона, малоосвоенные территории Урала, Сибири и Дальнего Востока, а также уникальные природные объекты, требующие научного изучения происходящих в них процессов на месте. В силу необъятности территории нашей страны необходимые структурные, кадровые и финансовые маневры при этом не всегда понятны руководству централизованных ведомств, что приводит нередко к печальным  последствиям, причем не только в науке. Еще одним из доводов за сохранение самостоятельности региональных отделений РАН является то, что они, функционирующие ныне в качестве ведомств с отдельной строкой финансирования в госбюджете, на протяжении постперестроечного периода оказались способными мобильно адаптировать управление академической наукой к современным условиям. Так, например, Сибирское отделение РАН ещё в начале 1990-х годов ввело в практику заключение срочных трудовых контрактов с руководством и научным персоналом институтов, отработало систему разумной сопоставительной оценки (рейтингования) институтов с точки зрения их жизнеспособности и уровня фундаментальных исследований в сочетании с селективной финансовой поддержкой наиболее результативных из них. Кроме того, введена  в практику беспрецедентная по своей эффективности система конкурсной поддержки междисциплинарных проектов в рамках как самого Сибирского отделения РАН, так и в кооперации с другими региональными отделениями и академиями наук других стран. В СО РАН отработана также прекрасно зарекомендовавшая себя прозрачная система финансирования закупок нового дорогостоящего оборудования с четко выделенным приоритетом - создание центров коллективного пользования этим оборудованием. Сибирское отделение первым в РАН разработало и утвердило стратегию своего развития, ориентированную, прежде всего, на выполнение государственных функций. СО РАН совместно с университетами Сибирского региона создало и развивает систему подготовки и закрепления научных кадров. Только за два последних года СО РАН сумело улучшить жилищные условия более чем тысячи семей сотрудников, включая научную молодежь. Ключевым моментом в деятельности региональных отделений РАН является, как отмечалось, их юридическая автономность в принятии многих решений, в том числе наличие отдельной строки в государственном бюджете с закреплением за ними функций главного распорядителя бюджетных средств. Поэтому предлагаемое в законопроекте преобразование региональных отделений в филиалы с потерей юридического лица и, естественно, функций главного распорядителя бюджетных средств, является абсолютно недопустимым как для будущего науки в регионах, так и развития российской науки в целом. И, наконец, лишение РАН и других государственных научных академий научных институтов и передача институтов в руки чиновников сделает невозможным дальнейшее существование в стране науки, так как управлять научными исследованиями могут только сами ученые. Поэтому представляется разумным не объединять научные академии в одну, что, как отмечалось, разрушит управляемость научными исследованиями, а создать для них управляющую надстройку, призванную координировать в стране междисциплинарные фундаментальные и прикладные научные исследования. При этом академии сохранят свою самостоятельность, свои структуры и функции, а управляющая надстройка явится неким аналогом когда-то хорошо зарекомендовавшего себя Государственного комитета по науке и технике. Управлять аналогом прежнего госкомитета должны компетентные и досконально знающие проблемы страны ученые во главе с президентом РАН в статусе министра науки правительства, что позволит освободить чиновников нынешнего Министерства образования и науки от явно не подъемных для них и не свойственных им функций.

Информация о материале

Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ

Категория: В России

Создано: 21 сентября 2013

Обращение лауреатов Нобелевской премии к Президенту России

Глубокоуважаемый Владимир Владимирович!

Государственная Дума Российской Федерации может принять закон, который трансформирует структуру научно-исследовательской деятельности в России, упраздняя проверенную временем российскую модель ради введения западной. Мы обеспокоены этим предложением по четырем причинам. Во-первых, не очевидно, что западная модель лучше подходит для России. Во-вторых, резкие радикальные изменения могут подорвать научное сообщество в России еще до того, как будет окончательно установлен новый порядок. В-третьих, потому, что любые изменения должны осуществляться при участии самих ученых, которые лучше знают, какие изменения необходимы, и которые окажут поддержку, если будут частью этого процесса. В-четвертых, потому, что наука является международной. И российские ученые – очень важные члены широкого международного сообщества, к которому принадлежим мы все. Со времени своего основания Петром I в 1724 году Российская академия наук выросла до организации мирового уровня в сфере научных исследований и разработок. Исследования космоса и полупроводниковая революция вошли в число важных мировых достижений благодаря, в том числе, и научным исследованиям РАН. К Российской академии наук имеют отношение18 лауреатов Нобелевской премии. До резкого сокращения финансирования 20 лет назад многие НИИ РАН конкурировали с западными научно-исследовательскими институтами. РАН все еще может служить основой для научных исследований и разработок в России вместе с ВУЗами, по мере того, как они укрепят свою систему научно-исследовательской работы. Обучение в России традиционно было прерогативой ВУЗов. Тем не менее, есть важные исключения, такие, как, например, Санкт-Петербургский академический университет, в котором к преподаванию в лицее и бакалавриате привлекаются члены РАН. Все организации должны непрерывно реформироваться, чтобы идти в ногу со временем. И среди реформ, которые проводятся в России, могло бы быть более активное участие РАН, в том числе в образовательной деятельности ВУЗов при одновременном увеличении им финансирования на научные исследования. Хорошие примеры – Московский государственный университет, Московский физико-технический институт, Новосибирский государственный университет. Однако мы хотим подчеркнуть важность поэтапного реформирования. Каждое изменение должно добавлять ценность системе, не нанося ей вреда. Только постепенные изменения имеют вероятность быть полезными. Надеемся, что Вы примите во внимание эти опасения и предпримете действия, чтобы спасти российскую науку, не подвергая ее риску уничтожения. Будущее науки в Российской Федерации и во всем мире во многом зависит от этого Вашего решения. С уважением, Шелдон Ли Глэшоу, Нобелевская премия по физике 1979 года, США Дэвид Гросс, Нобелевская премия по физике 2004 года, США Роджер Корнберг, Нобелевская премия по химии 2006 года, США Жан Мари Лен, Нобелевская премия по химии 1987 года, Франция Ричард Робертс, Нобелевская премия по медицине 1993 года, США Алан Хигер, Нобелевская премия по химии 2000 года, США Аарон Цехановер, Нобелевская премия по химии 2004 года, Израиль Письмо на конференции научных сотрудников РАН 28 августа зачитал академик Жорес Алферов.

Информация о материале

Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ

Категория: В России

Создано: 21 сентября 2013

[caption id="attachment_16325" align="alignright" width="250" caption="Жорес Алферов, академик, вице-президент РАН, лауреат Нобелевской премии по физике за 2000 год"][/caption]

Открытое письмо Президенту Российской Федерации В. В. Путину

Глубокоуважаемый Владимир Владимирович!

Полагаю, что президент страны всегда является самым большим патриотом своей страны и заинтересован в успешном её развитии уже в силу занимаемой должности. Важнейшей задачей страны является возрождение высокотехнологичных отраслей промышленности. Вы сформулировали её как задачу для бизнеса: создать к 2020 году 25 миллионов рабочих мест в высокотехнологичном секторе экономики. Это задача не только для бизнеса — это задача для страны, для науки и образования. Чтобы ее решить, нужно вернуть приоритет научных исследований, кардинально усилить роль Академии наук, постоянно добиваться востребованности научных  результатов экономикой и обществом, по-новому развивать систему высшего профессионального, прежде всего естественнонаучного и технологического образования. В условиях жесточайшей международной конкуренции за рынки сбыта, в том числе российские, мы можем выиграть, только создавая принципиально новые технологии на основе отечественных научных разработок, и, безусловно, лаборатории РАН являются самыми эффективными для их проведения. Наша академия всегда была высшим научным учреждением страны, определяющим ее научно-технический прогресс, подготовку кадров высшей квалификации и координацию научно-исследовательских работ в области естественных и общественных наук. При вручении Нобелевских премий в 2000 году британский канал ВВС проводил «круглый стол» с новыми лауреатами, и я запомнил, как мой сосед за столом - американский экономист профессор Джеймс Хекман, отвечая на один из вопросов, сказал: «Научно-технический прогресс во второй половине XX века полностью определялся соревнованием США и СССР, и очень жаль, что это соревнование закончилось!». Академия наук СССР не только предлагала для страны крупнейшие проекты, но и вносила решающий вклад в их воплощение (создание ядерного щита, атомной энергетики и атомного флота, освоение космоса и Северного морского пути, Сибири и Дальнего Востока с организацией там новых научных центров, радиолокация и полупроводниковая «революция» и многое другое). Ведущие промышленные министерства (Минсредмаш, Минобщемаш, Минэлектронпром, Минрадиопром и т.д.) создавались в Советском Союзе при самом активном участии Академии наук СССР и ее ведущих ученых. При благоприятном стечении обстоятельств, проводись реформы иначе и другими людьми, они могли бы стать успешными, а наши компании - конкурентоспособными на мировом рынке в развитии современных технологий и производства. Но этого не произошло. После жесточайших реформ 1990-х годов, многое утратив, РАН, тем не менее, сохранила свой научный потенциал гораздо лучше, чем отраслевая наука и вузы. Противопоставление академической и вузовской науки совершенно противоестественно и может проводиться только людьми, преследующими свои и очень странные политические цели, весьма далекие от интересов страны. Предложенный Д. Медведевым и Д. Ливановым в пожарном порядке законопроект о реорганизации РАН и других государственных академий наук и, как сейчас очевидно, поддержанный Вами, отнюдь не решает задачу повышения эффективности научных исследований. Смею утверждать, что любая реорганизация, даже значительно более разумная, чем предложенная в упомянутом законопроекте, не решает эту проблему. Основная проблема российской науки - это невостребованность наших научных результатов экономикой и обществом. Еще в 2001 г. ко мне обращались коллеги-академики с предложением выставить свою кандидатуру на выборах президента РАН. Я ответил отказом, считая, что у нас хорошие перспективы. Тогда  наш новый президент страны встретился в Сочи с ведущими учеными РАН. Казалось, что положительно изменится экономический курс развития страны. За прошедшие 12 лет многое изменилось, но многое осталось неизменным. По-прежнему продолжались и при этом множились утверждения, что Академия должна быть, как в «цивилизованных» странах, элитным клубом, а наука должна развиваться в университетах, что РАН есть наследница тоталитарного советского режима - в 1920-е годы нападки на Академию наук тоже велись очень активно, только под лозунгом «Академия — наследница тоталитарного царского режима». Полностью игнорировалось, что мы - наследники реформ основателя Академии наук Петра Великого. Что касается так называемого «клуба именитых учёных», то напомню: в оперативном управлении РАН находится огромная федеральная собственность, которую, к счастью, не успели приватизировать. И что с ней станет, если превратить академию в клуб? Мы исходим из интересов России и российской науки, призванной служить своей стране. А вот кому выгодно изменить статус РАН — не тем ли, кто на эту собственность позарился? Не станет ли предложенный в проекте закона о реорганизации РАН федеральный орган, которому хотят передать все академические институты, «Академсервисом», подобным ставшему печально известным «Оборонсервису»? Аргументы Д. Медведева, что организация РАН соответствует 30-40 гг. прошлого столетия и не соответствует XXI веку, абсолютно надуманы и не имеют смысла. Академия наук в организационном и структурном плане - это консервативное учреждение в лучшем смысле этого слова. И отметившая в этом году свое 150-летие национальная Академия наук США, и перешедшее рубеж 350 лет Лондонское Королевское общество по принципам организации и структуре мало изменились за свою историю. И, тем не менее,  они играли и продолжают играть важнейшую роль в развитии науки и технологий в своих странах и сегодня. То же самое, можно сказать и о нашей РАН. Два последних десятилетия у нашей академии в основном была «философия выживания». Для того, чтобы перейти к «философии развития» требуется не только заметное увеличение финансирования, а нужна, прежде всего, высококвалифицированная, грамотная постановка новых задач в науке и технологиях. Только РАН сегодня располагает высококвалифицированными кадрами во всех областях современной науки. Мы часто являемся свидетелями, когда чиновники от научных ведомств формулируют не реальные цели научных исследований, не задачи, которые надо решить и на решение которых нужно выделить определенные средства, а лишь навязывают придуманные ими способы распределения средств. Для решения Вами же поставленной задачи нам нужны не «реформы» Академии наук, а всего лишь эффективное её развитие, изменение статуса отделений и создание новых взамен неэффективных. Программа развития РАН была мною недавно изложена во время выборов президента РАН. Нужны конкретные задачи, решение которых в наиболее перспективных направлениях позволит вывести страну на самые передовые позиции в современной науке и технологиях. Такие задачи могут ставить только сами учёные РАН и не могут Фурсенко с Ливановым со всем их аппаратом, поскольку никогда ничего заметного они в науке не сделали. Ликвидируйте сегодня Минобрнауки и Управление науки и образования во главе с Хлуновым в Вашей администрации – все учителя, преподаватели ВУЗов и научные работники вздохнут с облегчением, а страна просто этого не заметит. Президентский совет по науке, технологиям и образованию должен состоять из выдающихся ученых и руководителей основных высокотехнологичных компаний страны, готовящих для Вас новые решения принципиальных вопросов о развитии науки, технологий и образования. Вместо этого мы имеем Комиссию по госпремиям, президиум которой, готовящий и фактически принимающий все решения, возглавляете не Вы, а чиновник президентской администрации. Кстати, не могу себе представить, чтобы президиум РАН возглавлял не президент академии, а работник аппарата президиума. Ну, и конечно, в Президентском совете места для единственного сегодня в России Нобелевского лауреата по науке не нашлось. И такому Совету Вы собираетесь поручить назначение директоров институтов РАН? Абсолютно надуманным является объединение РАН с РАМН и РАСХН. Проводя его, мы только разрушим нормальную работу всех трёх академий, а организация взаимодействия и совместных исследований вовсе не требует этой реорганизации. Кстати, в самой передовой в области науки и современных технологий сегодня стране – США  действуют три национальные академии (в двух из них я уже четверть века состою иностранным членом). Одна из них – Институт здоровья, т.е. Национальная академия медицинских наук США – самая бурно развивающаяся сейчас, с огромным бюджетом, и располагает в своей системе рядом университетов и институтов. Вообще слово «реформа» становится нарицательным и воспринимается, чаще всего, как синоним «развала» и «разгрома». «Реформы» сразу ассоциируются с чубайсовской приватизацией и развалом СССР. Нашу Академию наук удалось сохранить еще и потому, что все организации АН СССР были на территории РСФСР, и при развале Союза Академия наук естественно сохранилась как Российская академия наук. Ее статус, как высшего научного учреждения страны, должен быть прописан в соответствующем федеральном законе и вписан в Устав Академии. Важнейшая задача, которая стоит перед нами, – сделать науку востребованной. Без этого её не вывести из нынешнего бедственного положения. Когда наука востребована, всегда появляются средства на реализацию научных разработок. Такие условия и нужно создать в нашей стране сегодня. Реальным инструментом решения этой задачи должна быть Российская академия наук. Мы можем это сделать, а власть обязана нам помочь. Десятилетним мальчиком я прочитал замечательную книгу Вениамина Каверина «Два капитана». И всю последующую жизнь я следую принципу её главного героя, Сани Григорьева: «Бороться и искать, найти и не сдаваться!». Очень важно при этом понимать, за что ты берешься. Борьба за сохранение РАН - это не только борьба за будущее науки России, это борьба за будущее страны. И очень хотелось нам бороться за него вместе с Вами!